Зачем банки несут секьюритизированные облигации частнику
Банки берут кредиты, упаковывают их в облигацию, агентство ставит высший рейтинг, брокер показывает её в приложении рядом с ОФЗ. У многих слово «секьюритизация» рифмуется с 2008 годом и фильмом «Игра на понижение». Разберёмся, зачем это банкам.
Как это устроено
Банк продаёт портфель потребкредитов спецкомпании — СФО. Та платит за него деньгами инвесторов, выпуская облигации. Выпуск режут на транши. Старший (класс А) получает деньги первым. Младший остаётся у банка и первым принимает невозвраты. Пока просрочка не съела «подушку» банка, класс А не теряет ни рубля.
Рынок в цифрах
2019–2022 годы: 8 выпусков под потребкредиты на 51 млрд руб. С 2023-го по июль 2026-го — 64 выпуска на 1,5 трлн. Рост в 30 раз. Лидеры 2025-го: ВТБ, Т-Банк, Сбер. В 2014-м 85% секьюритизации было ипотекой с залогом-квартирой, теперь рынок стоит на беззалоговых кредитах наличными.
Зачем это банкам?
ЦБ годами боролся с бумом потребкредитов надбавками, и каждый кредит наличными «съедает» много капитала. Секьюритизация решает проблему: кредиты уходят с баланса, банк держит младший кусок, освободившийся капитал идёт под новые выдачи. В 2025-м регулятор ещё и подтолкнул: снизил обязательное удержание риска с 20% до 5%.
Карусель, карусель
На 1 августа 58% таких облигаций оставались внутри банковской системы. Банк А продаёт бумаги банку Б, банк Б — банку А. Капитал на бумаге освободился у обоих, риск по тем же заёмщикам никуда не ушёл. Банкиры не дураки и хотят зарабатывать =) Глава департамента финстабильности ЦБ Елизавета Данилова сказала прямо: «Генератором бурного развития выступил регуляторный арбитраж».
С 15 октября ЦБ вводит надбавку 250% к коэффициентам риска по таким бумагам: для банка-инвестора итоговый коэффициент — 52%, для оригинатора — 315%. Ипотеку не тронули. А если бумаги купил небанковский инвестор, надбавки нет. По-русски: риск должен уйти из банков к страховщикам, НПФ, фондам. И к вам.
Зачем тащат хомяков
Частник сейчас единственный массовый покупатель, которому не нужен капитал под эти бумаги.
1. Институционалов почти нет. По данным Мосбиржи, более 50% многотраншевых облигаций держит розница, 20% — банки, НПФ нет совсем. Уважай физика!
2. Частник уже покупает. ЦБ в обзоре брокеров за II квартал отметил, что физлица в поисках доходности брали выпуски секьюритизации. 16–17% при рейтинге ААА притягивают.
3. Дистрибуция почти бесплатная: свой брокер, миллионы клиентов в приложении, доверие к бренду.
Конфликт интересов никуда не делся: рейтинг оплачивает эмитент, продаёт брокер того же банка. В 2008-м в США ровно эта комбинация сделала из subprime-ипотеки бумаги ААА. Но, имхо, главный риск в России — не схема, а экономика в целом и расходы бюджета, которые растут год к году. Деваться некуда.
Где страх преувеличен
В пуле сотни тысяч кредитов по ~250 тыс. руб. Один заёмщик, сбежавший на Бали, ничего не меняет — нужен системный кризис доходов населения. А в нём пострадают и сами банки, далеко не только СФО.
В 2008-м убила не секьюритизация, а CDO-в-квадрате: младшие транши пересобирали в новые пулы и снова резали. Плюс кредиты без проверки доходов и плавающие ставки. У нас такого нет. И у банка своя шкура в игре: Сбер оставляет себе 20% младшего транша.
Итого
Кредитный риск старшего транша крупного банка низкий. Проблема не в «блудняке», а в том, что за сложность, непредсказуемый график погашений и слабую ликвидность частнику доплачивают 1,5–2,5 п.п. к ОФЗ. Но поверьте, это лучше, чем облигационный портфель из Евротранса, Оил Ресурса и Монополии.
Банки тащат частника не из злого умысла. Им нужно куда-то деть риск по потребкредитам, а с 15 октября перекладывать его друг другу в карман стало дорого.